Казахстан • 07 Февраля, 2019

Железных дел степные мастера

1171 разпоказано

 

«Наша земля, без преувеличения, стала местом, откуда происходят многие предметы материальной культуры». Так говорится в программной статье Президента Нурсултана Назарбаева «Семь граней Великой степи».

 

Некоторые ученые и публицисты, смотрящие на историю через очки европоцентризма, в свое время сформировали ложное мнение, согласно которому «кочевники вели кочевой образ жизни, у них не было городской культуры и развитого производства».

В действительности «наша земля, без преувеличения, стала местом, откуда происходят многие предметы материальной культуры». Так говорится в программной статье Президента Нурсултана Назарбаева «Семь граней Великой степи».

ДОМЕННАЯ ПЕЧЬ ДРЕВНИХ ТЮРКОВ

У тюрков издревле сложилось представление об особой, сакральной роли мастеров кузнечного дела, умело обращавшихся с железом и плавивших сталь. Древние мастера железных дел знали все секреты этого искусства и, образно говоря, месили железо, словно тесто. Согласно сведениям, известным из трудов знаменитого историка Рашид-ад-Дина, наши праотцы не могли выйти из долины Эргенекон и оказались в тупике. Тогда мастер-кузнец сделал огромный мех из шкур шестидесяти быков и разжег огонь на склоне горы.

Таким образом тюрки, расплавив гору, пробили себе путь к свободе и вернулись на свою родину. После этого первого пассионарного толчка, имевшего место в хуннскую эпоху, Великую степь потряс могущественный правитель, имя которого было Темирши (Тэмучжин), что так же не случайно. Имя Эмира Тимура, с которым связано начало эпохи ренессанса во всем Туркестане, мы так же можем воспринимать как отголосок той древней традиции. Именно поэтому Глава нашего государства, в молодости профессиональный металлург (то есть «кузнец» – темірші), который в двадцатом веке плавил сталь в доменной печи, рассматривает обработку металлов как исконное ремесло тюрков. Так на наших глазах осуществляется преемственность исторических эпох.

Обнаружение захоронений «Золотых людей» в Есике на Алатау, в Береле на Алтае, а также в Елеке на Тарбагатае доказывает, что на просторах Великой степи издревле существовало высокоразвитое ювелирное искусство. Среди ювелирных изделий степных мастеров видное место занимали разукрашенные узорами седла и стремена, удила, доспехи конников. К слову сказать, именно в Степи была впервые приручена лошадь. На наскальных рисунках, оставленных далекими предками в ущельях наших гор, можно увидеть образ тяжеловооруженного воина. Со стальным копьем в руках, с высоко поднятым знаменем, верхом на коне, в железных доспехах. Этот символ многовековой героической истории тюркских богатырей, вырезанный в камне, хорошо знаком всем нам. Это эпический образ тех самых героев. О них в древних сказаниях говорится, что у них «стремена и шпоры изукрашены золотом, а сбруя – из чистого золота».

Наверное, поэтому тюркские правители особенно почитали мастеров кузнечного и ювелирного дела. Так в обществе появилась узкая прослойка искусных мастеров, которые занимались только своей исконной профессией. Их сообщества со временем даже превращались в родоплеменные подразделения, в соответствии с родом занятий. Например, род плавильщиков стали называли «болатшы», заготовителей топлива из кизяка – «көңші», изготовителей высоких телег – «телеулер» (такая телега называлась «теле»), а изготовителей деревянных телег («қаңқа арба») - «қаңлы». Они оставили свой особый след в мозаике казахского этногенеза, и их потомки сегодня живут среди нас. В древнем эпосе «Огуз-наме» сохранено имя изобретателя первой телеги. «В войске Огузкагана был один искусный мастер. Его имя было Бармаклык Жосын Билик. Этот мастер изобрел деревянную телегу (қаңқа арба). На нее погрузили неживую добычу, а живую добычу в нее запрягли. Весь народ увидел это, и люди быстро смастерили еще много таких телег», – говорится в эпосе. К этому событию старинная легенда возводит происхождение рода қаңлы.

СТРАНА СКИФОВ БОГАТА МЕДЬЮ И ЗОЛОТОМ

Известные академики Каныш Сатпаев и Алькей Маргулан в своих исследованиях говорят о том, что Центральный, Северный и Восточный Казахстан в древние времена были крупными центрами металлургии. Следует особо отметить, что существуют исторические упоминания о том, что рудники в Центральном Казахстане, такие как «Қырық шұрық», «Қалайы қазған», «Мың шұңқыр», «Бес шұрық», «Жезқазған», «Кенқазған», «Ұста», «Қара темір» и «Теміртау», впервые появились в эпоху бронзы.

Разработка некоторых месторождений продолжалась в средневековье и в последующие периоды. Из месторождений этого региона в эпоху бронзы добывали бронзу и олово. Обработка металла и его использование в повседневной жизни людей стремительно развилась в Великой степи в сакскую эпоху. Например, в греческих письменных источниках сообщается, что страна саков, сарматов и массагетов богата медью и золотом. Говорится и о том, что ее жители в совершенстве владеют искусством обработки этих металлов.

А в записях Геродота и Страбона есть упоминание о том, что «у азиатских скифов так много золота, что они с головы до ног одеваются в одежды, разукрашенные золотыми узорами, и седла на их конях так же украшены золотом». Найденные в наше время в Казахстане несколько «Золотых людей» – подтверждение фактов из исторических источников. Они открывают миру величие тюркской цивилизации.

Так, Алькей Маргулан указывал, что богатая медью и золотом страна азиатских скифов Геродота «соответствует современным центральным и северо-восточным регионам Казахстана, а также Алтаю и Тарбагатаю». Многие виды металла научились обрабатывать на Алтае еще в эпоху бронзы, во времена саков. По словам известного археолога С.И. Руденко, проводившего исследовательские работы на Алтае, регион издревле был крупным центром металлургии, а его месторождения богаты золотом. В большом количестве в курганах Аржана, Береля и Шиликты обнаружены золотые изделия сакской эпохи. Елбасы в своей программной статье также уделяет особое внимание Алтаю. Это не просто золотая колыбель тюркских народов, но и крупный центр развития металлургии. Казахский народный поэт Исаакын раньше современной геологической разведки осознал драгоценный потенциал рудного Алтая и воспел его в своих стихах: «Көргенде көз, көңілдің Алтай емі, Алтайдың кең аңқиды алған демі, жерінен алтын, күміс жентектелген» – «Алтай исцеляет глаза и душу, Его дыхание пахнет рудой, Земля его покрыта россыпями золота и серебра».

Известный тюрколог Н.Я. Бичурин утверждал:

«В китайских летописях Алтайские горы обозначаются как Цзинь-шань, что значит Золотые горы» (как известно, в тюркских и монгольских языках слово «алтан» означает «золото»). По этой причине далеко не случайным можно считать тот факт, что в народе издавна говорили: «Алтайдың сай-саласы түгел алтын» – «Ущелья Алтая полны золота».

ОБРАБОТКА ЖЕЛЕЗА – ОБЩЕНАРОДНОЕ РЕМЕСЛО

В последующие эпохи традиционное ремесло, связанное с обработкой металлов, развилось еще больше. В частности в государствах усуней и канглов. Из бронзы и железа изготовлялось оружие и бытовая утварь. Выплавка железа, свинца и золота активно развивалась и в эпоху Тюркского каганата. Когда тюрки вышли на историческую сцену, то их знания о металлургии стали значительно объемнее.

Например, в китайских летописях говорится, что тюрки Ашина, перекочевавшие в горы Алтая, первоначально находились в подчинении у империи Жужань и платили налоги железными изделиями. Согласно историческим документам, жужаньский правитель Анахуан называл тюрков «мои мастера по железу».

Это подтверждает, что металлургия была одним из основных традиционных ремесел у тюрков. У Льва Гумилева есть тезис о том, что «кочевники издавна были знакомы с железом, но только у тюрков его использование приняло массовый характер». Это как раз свидетельство того, что у наших предков обработка железа стала общенародным ремеслом.

В результате археологических исследований, проводившихся на Алтае, в Хакасии и Тыве, обнаружен целый ряд рудников и остатков железоплавильных печей. Они относятся к древнетюркской эпохе. Среди археологических находок – железное оружие: пики, стрелы, луки, булавы и сабли. Тюрки не просто осваивали искусство обработки железа, но и достигли самого высокого уровня искусства в производстве оружия и воинских доспехов.

Тюрки, в итоге, «завоевали все четыре стороны света», как это воспевается в Орхонских памятниках. Когда территория Тюркского каганата расширилась, и он превратился в мощное государство, Великий Шелковый путь перешел под контроль тюрков. Главная артерия Великой степи оказала значительное влияние на развитие торговли, в целом экономики, а также политической дипломатии у тюрков.

Великая степь стала золотым мостом между Западом и Востоком, дала возможность различным этносам жить в мире и согласии. В письменных источниках встречаются также упоминания о том, что по маршрутам Шелкового пути перевозились различные изделия из железа, которые высоко ценились как ценный товар. По этой причине Шелковый путь иногда называли также «Стальным путем». Так, например, в византийских источниках сохранились сведения, согласно которым тюрки продавали железную продукцию Восточно-Римской империи. А византийский посол Земарх сообщал о том, что встретившие его тюрки продали ему железо, а также показали ему образцы железной руды и различных металлов, чтобы продемонстрировать степень своего политического могущества. Во время своего путешествия Земарх был принят западно-тюркским каганом Дизабулом. Он впоследствии так описал прекрасную ханскую ставку: «...Мы встретили кагана там, где он охотился, и где располагалась его ставка. Хан провел нас в свой шатер, покрытый красивым шелком.

Внутри шатра находился его золотой трон, а также оказалось полнымполно золотой посуды, утвари из серебра, сделанных из золота изваяний животных, а также других драгоценных предметов. После этого он повел нас в другой шатер, порог которого тоже был позолоченным, а внутри находилось много предметов из золота и серебра, так что глаза разбегались. Вот такова позолоченная ставка тюркского правителя». Если учесть, что западно-тюркский каган Дизабул, о котором здесь идет речь, в действительности был знаменитым Истеми-каганом, в то время владевшим землями между Каратау (в те времена называлось Екитау) и Алатау, то становится понятным, что ущелья древнего Алатау с давних пор были богаты залежами руды.

ЛИЧНЫЕ РУДНИКИ КАЗАХСКОЙ ЗНАТИ

На такие данные опирался известный ученый Л.Н. Гумилев, когда утверждал, что «на исторической сцене тюрки были одним из тех народов, которые впервые освоили промышленное производство железа в Центральной Азии». В период Казахского ханства продолжалась разработка месторождений руды. При этом у ханов и султанов имелись свои собственные рудники. Например, в записях разведчика Сибирского отделения Ф. Назарова, побывавшего в Казахской степи с секретным поручением, сообщается, что Уалихан (дед знаменитого Шокана) владел собственными рудными приисками в районе Кокшетау, где производился свинец. В своем отчете Ф. Назаров указывает, что хан Уалихан, не желая показывать свое личное месторождение «Мың шұңқыр» («Тысяча шурфов») российским исследователям, сознательно направил экспедицию Шангина в другую сторону.

Он под страхом наказания запретил показывать ханские прииски российским исследователям. В исследованиях Алькея Маргулана сообщается о частных приисках, существовавших во времена Тауке-хана и Абылай-хана. Месторождения золота или другой ценной руды могли принадлежать только ханской династии. Эта традиция долго сохранялась в казахском обществе. Личная гвардия хана охраняла такие рудники от грабителей и от всех посторонних. Исторические легенды о таких «жигитах, охраняющих золото» распространены от Тарбагатая и Алтая до Кокшетау. Эти интересные источники напоминают легенду из записей Геродота о грифонах (самруках), охраняющих золото сакских царей. В сакских курганах Алтая (Берель, Пазырык) были обнаружены изваяния грифонов, подтверждающих эти легенды.

Древнетюркская традиция обработки металлов и кузнечного ремесла позже нашла свое продолжение у некоторых тюркских народов. Например, шорский народ, живущий по ту сторону Алтайских гор, в давние времена сделал кузнечество своей основной профессией. Шорцы производили различные изделия из металла, которыми выплачивали подать джунгарам. Горный край, где живут шорцы, сегодня неспроста называют Кузнецким Алатау. И название города Новокузнецк тоже несет в себе память о шорских мастерах кузнечного дела. Эти факты вполне можно рассматривать как наглядный пример исторической преемственности с древнетюркской металлургической традицией.

ОТ ГОРЫ ТЕМИРШИ ДО ГОРОДА ТЕМИРТАУ

Следует отдельно отметить существование таких географических названий как «Темір қапық» («Железные ворота»), «Бақырлық тау» («Медная гора»), «Бақыршақ» («Медянка»), «Темір тау» («Железная гора»), «Күміс төбе» («Серебряная сопка»), сохранившихся по сей день. Таких топонимом является также название горы «Темірші» («Кузнец») в Каркаралинском районе, где расположено одно из крупных месторождений руды. Оно вполне может быть топонимом, оставшимся с древних времен. То есть живым свидетельством древнетюркской традиции. Геолог Г.Д. Романовский, побывавший у горы Темирши в конце XIX века, сообщал о том, что обнаружил в этом месте залежи железной руды. Впоследствии Центрально-Казахстанский регион, где расположена гора Темирши, превратился в крупный центр металлургии, и там был построен знаменитый Темиртауский металлургический комбинат.

Сегодня город Темиртау имеет для нас особое значение. Ведь там было взращено целое поколение казахских металлургов, много сделавших для своей страны. Из истории казахской этнографии известно, что в свое время существовало немало искусных мастеров, которые плавили железо и делали оружие, конское снаряжение, красивую утварь из золота и серебра. Очевидно, что многие термины, такие как «темір» («железо»), «темірші» («кузнец»), «дарқан» («наследственный великий мастер»), «зергер» («ювелир»), «ұста» («мастер»), «көрік» («кузнечный мех»), «дүкен» («кузнечная лавка»), «төс» («наковальня»), а также тысячи других подобных наименований появились в древние времена и впоследствии вошли в словарный фонд казахского языка. И в наше время память о древнем мастерстве сохраняется в сознании нации как непрерывная традиция.

Следует отметить, что особо почтительное отношение к кузнечной лавке, к кузнечному меху, к молоту и наковальне – ко всему, связанному с профессией кузнеца, издавна существовало в среде народа. Более того, в народном фольклоре бытовало представление о пророке Давиде (Дәуіт) как о покровителе кузнечного ремесла, которому посвящались, например, такие стихотворные обращения: Берущий уголь из воздуха, Варящий железо, Не разжигая огонь! Кузнечный мех шумит, Молот гремит о наковальню, О, святой покровитель Даут, (По воле Аллаха) помоги нам! Приятно, что наши братья по ту сторону Алтайских гор сегодня возрождают эту кузнечную традицию.

Но невольно возникает вопрос: считают ли современные казахи, предки которых, согласно пословице, «вязали узлы из железа», своим исконным ремеслом кузнечное дело, ковку и добычу руды? Во времена нашего детства под каждым шаныраком рядом с конской сбруей находились молот с наковальней и точильный станок. Думаю, было бы неплохо, если бы эта прекрасная традиция нашла свое продолжение, чтобы сбруя и молот с наковальней снова появились в каждом доме. И пусть они и не используются в повседневной жизни, их присутствие символизировало бы святость домашнего очага.

А также помогло бы молодежи воспринимать металлургию как исконное ремесло предков и драгоценное наследие нашего народа

Дархан КЫДЫРАЛИ,

доктор исторических наук, член-корреспондент НАН РК

 

Опубликовано в газете "Литер" 6 февраля 2019 года

Баннер
Последние новости

Форум Astana Media Week стартовал в столице

Казахстан • 11 Сентября, 2019

В Кокшетау состязались исполнители терме

Духовность • 10 Сентября, 2019

Похожие новости